2-я Маккавейская 14

По триех же летех увебда Иуда, яко Димитрий Селевков сын вплыве сквозе пристанище, еже при Триполи, со множеством крепким и кораблями,

и одержа страну и уби Антиоха и его наместника Лисию.

Алким же некто бывый прежде архиерей, волею же осквернивыйся во времена смешения, помыслив, яко ни киим образом небсть ему спасения, ниже прихождения ко святому олтарю,

прииде ко царю Димитрию сто пятьдесят перваго лета, принося ему венец злат и финик, к сим же и цветы, иже мняхуся церковнии быти: и в день оный молчаше.

Получив же время безумию своему содействующее, призван бысть Димитрием на собор и вопрошен, в коем состоянии и совете стоят Иудее?

К сим рече: глаголемии от Иудей Асидее, ихже вождь Иуда Маккавей, брани строят и распри воздвизают, не допускающе царству благостояния получити:

сего ради отлучен прародителския славы, сиречь священноначалства, семо ныне приидох,

первое убо о надлежащих царю верность содержащь, второе же и о своих гражданех промышляя: предреченных бо безсловесием весьма род наш не мало страждет:

каяждо же сих познав, ты, царю, о стране и о обстоянии рода нашего проуразумей по человеколюбию, еже имаши ко всем благопреклонное:

донележе бо Иуда жив есть, невозможно мира получити вещем.

Сицевым же реченным бывшым от него, абие прочии друзи, вражду имущии на Иуду, разжегоша Димитриа.

Призвав же скоро Никанора старейшину над слонами и воеводою поставив Иудеею, посла,

дав заповедь, самаго убо Иуду убити, сущих же с ним расточити, поставити же Алкима архиереем превеликаго храма.

Тогда языцы убегшии из Иудеи от Иуды, стадами прихождаху к Никанору, Иудейская злополучия и бедства себе благополучия мняще быти.

Слышавще же (Иудее) Никанорово пришествие и нападение языков, посыпавшеся землею, моляху Поставившаго даже до века люди Своя и присно с явлением Защищающаго Свою часть.

Повелевшу же воеводу, скоро оттуду двигнушася и смесишася с ними при градце Десавли.

Симон же брат Иудин сразився с Никанором, мало же устрашився внезапнаго ради нахождения супостатов.

Обаче же слышав Никанор мужесто при Иуде сущих и благодушие, имже подвизаются за отечество, убояся суд кровию сотворити:

сего ради посла Посидониа и Феодота и Маттафию дати и взяти десницу.

Многу же о сем бывшу совету и воеводе людем возвестившу и бывшу единогласному всех изволению, соизволиша на мирная

и нарекоша день, в оньже особно снидутся купно. И прииде. И поставиша различная седалища.

Повеле же Иуда вооруженным быти готовым в местех приличных, да не когда от супостат внезапу злодеяние будет, и подобающую беседу обще сотвориша.

Пребываше же Никанор во Иерусалиме и ни коегоже зла сотвори, стада же народов собранных отпусти.

Имеяше же Иуду всегда в лицы, душевно к мужу преклонися:

моли же его оженитися и чада сотворити. Оженися, благо поживе, общежителствоваше.

Алким же видя между ими благоприятство и бывшая совещания познав, иде к Димитрию и глаголаше, яко Никанор о вещех чуждая мудрствует: Иуду бо, наветника царству, преемника восприя себе.

Царь же возярився и прелукавыми оклеветании его разсверепев, писа Никанору глаголя: о совещаниих сих тяжко (ми есть) носити: повелеваю ти Маккавеа связана послати скоро во Антиохию.

Уведав же о сих Никанор, смятеся и тяжко терпяше завещанная отринути, ни чимже его мужу обидевшу.

Но понеже царю сопротивитися не бе возможно, благовременства наблюдаше хитростию военною сие совершити.

Маккавей же видя над собою грознее деюща Никанора и обыкновенное сретение свирепее имуща, уразумев не от блага быти суровству сему, собрав не мало сущих окрест себе, скрыся от Никанора.

Познав же другий, яко добльственно от мужа хитростию предварен, пришед к великому и святому храму, священником подобающыя жертвы приносящым повеле предати мужа.

Сим же с клятвою рекшым, яко не ведят, где есть искомый, простер десницу на церковь, сими клятся:

аще не предадите ми связана Иуду, то Божий храм равен со землею сотворю, и олтарь раскопаю, и капище Дионису славное возставлю зде.

И сия рек отиде. Жерцы же воздеюще руце на небо, призываху Сущаго всегда Споборника языку Своему, сия рекуще:

Ты, Господи всех, не требуяй ничтоже, благоволил еси храму обитания Твоего быти в нас:

и ныне, о, Святе, всякаго освящения Господи, сохрани во век несквернен сей храм недавно очищенный, загради же всяка уста неправедна.

Разий же некто от старейшин Иерусалимских оклеветан бысть Никанору, муж любитель граждан и зело добре словущь и по благопамятству отец Иудеом именуемый:

бяше бо внесый в прежних временех несмешения суд во Иудействе, и тело и душу за Иудейство предаяше со всяким усердием.

Хотящь же Никанор явну сотворити ненависть, юже име на Иудеи, посла воинов более пяти сот яти его.

Мняше бо, яко онаго поимав, сим соделает беду.

Множеству же народа хотящу столп обдержати и дворовыя двери разрушающу, и повелевшу огнь принести и двери зажещи, объят отвсюду быв, мечем поразися,

лучше добльственно хотящь умрети, нежели беззаконником подручник быти и свое благородство недостойне обезчестити.

Скорости же ради подвига несмертна язва бысть, и народом внутрь дверий вреявшымся, востек дерзостно на стену, сверже сам себе мужественно на народы.

Оным же скоро разбегшымся и бывшу разстоянию, паде срединою чрева посреде их:

еще же дышущь и разжжен душею, востав, крови его потоком текущей и тяжчайшым ранам сущым, бежащь сквозе народы пройде,

и став на некоем камени стремниннем, весьма уже без крови быв, исторгнув внутренняя (своя) и взем обема рукама верже на народы: и призвав Владеющаго животом и духом, да сия ему паки воздаст, и сим образом живот сконча.